Человечетво! Я имею сказать тебе такую новость! Но ты ж всё равно нихрена не поймёшь.

Заходит тут Жанна в кабинет. Говорит:
- ты долго тут ещё торчать будешь?
- Нет, - говорю, - одевайся.
- Обычно ты говоришь "раздевайся".
Сижу, думаю. Наверное, это старость.

Иду тут на работу сёдня. Смотрю, на подходе к офису наложили кучу гвоздик и цветов каких-то. Фоток каких-то налепили. "Ну,- думаю,- доска пчёта". Стою, ищу свою фотку с надписью "лучший работнек". Девачки какие-то подходят, кладут цветочки, вздыхают так и уходят.

"Фигассе, - думаю, - это всё мне?"

Оказалось, что об эту памятную стену убился насмерть участник группы Тимати Ибанда.
Я сразу, канешно, погруснел, что слава и почёт прошли мимо, а с другой стороны, нефик на мою морду небритую всем забесплатно пялиться.

Ну я чо, я всё понимаю, трагедия у фанаток. Сходил в контору, на принтере напечатал памятный текст, чтоб не расстаивались, и прилепил над цветочками. Получилось примерно так

"Тимати Жыф"

Гарик был распиздяй. Настоящий. Матёрый. Гарик любил халяву. Он всюду находил халяву. Он жил и дышал халявой. Ещё Гарик был командиром учебного взвода на военной кафедре. И Гарик, и его подопечные надеялись так отмазаться от армии. Банально, но правда. Все обязанности Гарика были сидеть на командирском месте пока препод отсутствовал и назначать дежурного, чтобы дежурный поддерживал порядок в аудитории. Свои нелёгкие обязанности Гарик исполнял как умел. В начале семестра он сочинял расписание дежурства, которое потом никто не соблюдал, и каждое утро просил заместителя посидеть на командирском месте, потому что опаздывал.

Ещё Гарик как мог уклонялся от учёбы, предпочитая выполнить какое-нибудь поручение преподавательского состава или просто положив на свои обязанности. Распиздяйства своего он не скрывал, потомучто взвод маленький, все на виду, всё и так понятно. Гарик не унывал и всегда радостно отсиживал положенные часы занятий, если преподавательский состав не поручал ему какое-нибудь важное задание навроде покупки компутера или какой другой полезной техники для кафедры. В общем Гарик сделал именно то, что требовалось от хорошего командира - наладил связи. Жизнь была прекрасна.

Как-то раз, особенно феерично отмазавшись от сборов, Гарик помахал своему взводу рукой и укатил домой, оставив подопечных мужиков (а как ещё назвать двадцатидвухлетних небритых и грязных его подопечных) на самоуправление. Подопечные заволновались. Стали говорить про несправедливость. Про произвол. Подопечные чувствовали себя обиженными. Не долго думая, свергли мужики старого барина и выбрали себе нового. Из народа. Чтоб честный был. Справедливый. Как полагается. И зажили они славно. Доучились последние полгода как следует. Всё чинно и по совести.

А потом пришло время получать офицерские звания. Вместе с которыми всем вручили повестки, потому что преподавательский состав не успел как следует привыкнуть к новому народному командиру и связываться с непроверенным человеком не желал. Вот так и построили идиоты коммунизм.

Интересно, все ходили на выборы?
Все написали букву "Х"?
А кто-нибудь не удержался? Добавил ещё парочку?

Юля смотрела в окно и теребила занавеску. Из окна открывался вид на огромный город и мысли в голове рождались исключительно глобальные.

- Оно, конечно, не всякий тот пидорас, кто в лифте нассыт, - сказала она, почесав затылок и высморкавшись в занавеску, - но свою Родину надо любить.

-Давай детей делать, - предложил я с надеждой в голосе, - вдруг они вырастут умными и красивыми как я, ну или хотя б как Владимир Владимирович Путин.

Юля, не обращая внимания на мои слова, чесала затылок.

- Меня огорчает безкультурность нации, целое поколение выросло абсолютно бездуховным. Это ужасно!

«Не даст» - подумал я и тоже подошёл к окну. Мне нужно было высморкаться, потому что я весной всегда простужаюсь.

- И что делать теперь будем? – продолжил я свою мысль, вытирая руки об занавеску.
Внизу на мокром асфальте смеялись и рисовали мелками какие-то цветы дети, и кто-то наконец выкинул бумажку не мимо урны.

- В театр пойдём, бестолочь, - сказала она, - и носки поменяй уже, а.

Сходил тут недавно в Му-Му. Спёр ножик и вилку. Не зря, в общем, зашёл.
Принёс награбленное на работу. Говорю:
- Вот. Я теперь интелигенция. Буду ножом и вилкой есть.
- Это ты вовремя,- говорит мне наш дизигнер и моей ложкой чай мешает.

Генеральный на ковёр вызвал. Спросил, почему расходы отдела постоянно растут.
Ответил, что у него в столе лежит отвёртка техподдержки.
Генеральный сказал "выкрутился" и отпустил.

Сегодня секретарша сказала, что я единственный, кто догадался тырить сахар из запасов генерального.

ну вот опять.